VII
Себастиан Ковалевский спешил в помещение суда. Быстрее, чем всегда, он взобрался на второй этаж, прошел по длинному коридору, и без стука зашел у родителей кабинет.
— Почему ты сразу не сказал, что это она!! — Он сел перед отцом, который разместился на своем любимом месте — широкой кожаном диване насыщенного коричневого цвета и попивал кофе.
— Я знал, что все будет именно так ...
— Как?!
— Ты ее увидишь, и все вернется ...
— Для того, чтобы все вернулось, мне не нужно было ее видеть! — Теперь он говорил спокойно, но в голосе чувствовались нотки раздражения и гнева: «Папа, этому не надо было возвращаться — оно всегда было со мной, только скрытое ...»
Антон Никитич отложил чашку с кофе, поправил очки и, положив тяжелую руку на плечо сына, придвинулся ближе к нему.
— Я знаю, что она тебе всегда нравилась. Но теперь ... при данных обстоятельствах я требую от тебя, Себастиан, отказаться от этого дела. Теперь родители найдут ей адвоката, и все решится, — сказал судья.
